Личные впечатления

Столац. Личные впечатления

Есть места, которые со мной особенно резонируют, точнее, я резонирую с ними. Вот буквально. Когда я там, внутри становится как-то… трепещуще, что ли. Как будто во мне натянута струна, её время от времени легонько задевают, и от её вибраций я звеню. Столац – такой, резонирующий.

Травник. Личные впечатления

Сразу признаюсь – у меня с Травником отношения сложные. Нет, я не хочу сказать, что он мне не нравится. Он мне очень нравится, я им очарована не менее, чем другими городами Боснии и Герцеговины, с удовольствием его показываю туристам, пишу о нём и иногда рисую. Но вот такое дело: каким бы благодушным не было моё настроение по приезду в город, через несколько часов блужданий по Травнику оно внезапно и катастрофически портится. И не просто портится, а до глубокой экзистенциальной тоски, до убедительного осознания тщётности всего сущего.

Сараево. Личные впечатления

Бывает, меня спрашивают, а не надоедает ли на экскурсиях рассказывать одно и то же, ходить одними и теми же маршрутами. Помилуйте, почему одно и то же? Сараево – город большой, его история и его истории неисчерпаемы, их никак не вместить в три-четыре часа экскурсии. Каждый раз я пересобираю город заново. Вот как калейдоскоп – сколько крутишь, столько раз меняется картинка. Даже не так. В случае с Сараево не смотришь со стороны, а входишь в калейдоскоп, и вокруг тебя всё искрит и сверкает и складывается в узоры.

«Жизнь и обычаи мусульман в Боснии и Герцеговине» Антуна Ханги

Своеобразная энциклопедия боснийского быта и повседневной жизни конца 19-го века.

Александр Гильфердинг о традиционном интерьере

«Описывать Турецкаго* дома подробно я не стану. В нем всегда, как известно, две совершенно отдельных части: мужская и женская».

Александр Гильфердинг о традициях гостеприимства

«Турки не считают вежливым присутствовать при обеде или ужине гостя или садиться с ним за стол; если они это делают, то не иначе, как извинившись в своей безцеремонности*».

Антун Ханги о любви боснийцев к кофе

«Кофе – любимый напиток наших мусульман. Они говорят, что кофе не только вкусный, но и полезный для здоровья напиток. Он, мол, человека летом охлаждает, зимой греет, утром освежает, вечером укрепляет».

Антун Ханги о приготовлении и подаче кофе

«И в самом элегантном европейском отеле или кафе не можешь получить такой хороший кофе, как в последней боснийской кафане».

Антун Ханги о сервисе в кофейнях

«Если ты пришёл в кофейню какого-нибудь старого кахведжии, что придерживается старинных обычаев, он тебя никогда не спросит, что желаешь: садись, где хочешь, разговаривай, о чём тебе угодно, он к тебе даже не подойдёт, не говоря уже о том, чтобы поинтересоваться, что будешь заказывать. Если ты его не подзовёшь и не уговоришь принести кофе, сам он тебя ни за что не побеспокоит».

Антун Ханги о кофейнях-цирюльнях

«В каждой цирюльне вам в первую очередь бросится в глаза большая боснийская печь-фуруна с «горшочками», в которой огонь горит и летом, и зимой, от ранней зори до позднего вечера, а рядом с очагом всегда найдёте большую посудину с полведра размером, в которой греется вода. Возле посудины стоят кувшинчики разного размера, в которых греется вода для кофе».

Антун Ханги о благотворительности

«Каждый мусульманин, если имеет возможность, должен поддерживать бедняков в любое время, но особенно в рамадан. В месяц рамадан должен он между бедняками поделить сороковую часть денег, что в течение года заработал, и сороковую часть зерна, что в течение года продал».

Антун Ханги о приёме гостей

«Мусульманин любит гостей, и тем ему приятнее, чем больше знакомых и друзей, особенно по праздникам, его посещает. Он с той же радостью и искренностью приветит и иноверца, как и мусульманина, а особенно ему приятно, когда посетят его влиятельные и богатые люди, неважно, чиновники или обычные граждане. Тогда он и не знает, как бы ещё лучше их угостить и какое бы лучшее место им предложить».

Антун Ханги о чаршии

«Улицы, на которых работают торговцы и ремесленники, обычно шире других и называются чаршиями. Чаршии в крупных городах состоят из несколько улиц , улочек и переулков в центре города, а в них подряд дучан к дучану. Все эти улицы и переулки вместе называются чаршия, хотя настоящая чаршия – это только тот центр, где все эти улицы и переулки встречаются».

Александр Гильфердинг о постоялых дворах или ханах

«Хан строится всегда по образу описанных мною Босняцких изб, только в больших размерах. Он имеет форму квадрата, но ещё чаще параллелограмма, котораго* длинная сторона обращена на улицу».

Антун Ханги о традиционной архитектуре

«Почти все мусульманские дома в городах, да и в сёлах, двухэтажные. Нижний этаж многих домов из камня, а верхний почти всегда из дерева и кирпича. Старинные боснийские, и, соответственно, мусульманские дома внизу несколько меньше, а в верхней части шире и длиннее, чем приземный этаж».

«Босния, Герцеговина и старая Сербия» Александра Гильфердинга

Александр Гильфердинг (1831-1872), русский учёный, фольклорист, славяновед, был назначен консулом в Боснии в 1857 году. За время миссии он объездил Боснию, Герцеговину и частично Сербию и написал книгу.

Александр Гильфердинг о прекрасном поле

«Прекрасный пол (который в Сараеве действительно заслуживает этот почетный титул: много здесь Славянских красот – кровь с молоком) ведет жизнь затворническую, но не совсем».

Антун Ханги о девицах

«Мусульманские девушки обычно очень красивы, потому что им не приходится выполнять тяжёлых работ; не печёт их солнце, не морозит зима. Они заняты только домашними делами, как им не быть красивыми? Живут в трезвости и умеренности, как Бог и природа завещают, как им не быть здоровыми?»

Антун Ханги о базарном дне

«В базарные дни особенно живо в боснийской чаршии. Перед дучанами устроили огородники, обычно болгары, целые горы из дынь, арбузов, перца, каштанов, картофеля, лука, капусты, фруктов и овощей».

Александр Гильфердинг о музыке

«Вошел старый какой-то Мусульманин с тамбурой и начался концерт. Тамбура (нечто в роде* нашей балалайки) есть любимый музыкальный инструмент Мусульман в Герцеговине и Боснии».

Хенрик Реннер о Конице

«Город Кониц лежит в котловине между высоких холмов, на обоих берегах Неретвы, которая здесь в своём глубоком изломанном каньоне обычно так мелка, что летом её можно перейти вброд».

Хенрик Реннер о мостарском виноделии

«Если же судить по тому, что мы имели удовольствие дегустировать на винодельческой станции, хочется, чтобы как можно скорее все голые склоны Герцеговины, или, хотя бы, во всей мостарской округе, засадили теми лозами, что дают такое вино».

Хенрик Реннер о Старом мосте в Мостаре

«Самая главная достопримечательность в Мостаре, о которой говорят с незапамятных времён, – это каменный мост на Неретве. Раньше думали, что его построили римляне, и искали здесь римский город Матрикс».

Антун Ханги о флирте. Часть вторая

«Ашикуют (то есть флиртуют, ухаживают) обычно только по пятницам и по праздникам в послеполуденные часы. Как только народ завершил полуденную молитву и вышел из мечети, идут парни под окна и к дверям своих девушек».

Антун Ханги о флирте. Часть первая

«Какой-нибудь зажиточный хозяин зовёт вечером соседских парней и девушек на лущение кукурузы. Девушки приходят всегда в сопровождении матерей или неженатых братьев, а парни сами. Парни усядутся на кукурузу, а девушки на землю рядом с кучей. Пока идёт лущение, девушки остаются с непокрытыми лицами».

Пролистать наверх